Психология
Изгнанники и их место во внутренней системе. Фрагмент вебинара курса «Мои разные “я”»
16 сентября 378 просмотров
Психология
Изгнанники и их место во внутренней системе. Фрагмент вебинара курса «Мои разные “я”»
16 сентября 378 просмотров

Екатерина Щетинина
Екатерина Щетинина

Когда мы сталкиваемся с травмирующим событием, наша психика старается спрятать этот негативный опыт в самые дальние уголки. Так проявляются части нашей личности, которых в IFS-терапии называют Защитниками.

Они стараются оберегать нас от повторения ситуаций, в которых мы чувствовали себя плохо. А части, столкнувшиеся с травматическим опытом, становятся Изгнанниками.

На курсе «Мои разные “я”» семейный психолог и официальный партнер IFS Institute в России Мария Москова рассказала, почему так происходит. Делимся фрагментом вебинара.

Бремя Изгнанников — наша уязвимость

Невозможно жить в социуме и не сталкиваться с ситуациями, которые оказываются травматичными для нас. Наши части получают получают тяжелый опыт, из-за которого становятся изгнанными.

Представьте себе очень активного ребенка, который много бегает, издает много шума, совершает неудобные действия. Если такое поведение не принимают в его семье, в школе или в другом детском учреждении, части, отвечающие за адаптацию в социуме, отстраняют и изгоняют не принятое обществом поведение, чтобы ребенка любили, принимали, хвалили.

Также Изгнанники могут стать таковыми, если системе приходится решать задачи, которые не соответствуют возрастному этапу, на котором находится человек.

Например, ребенок заботится о взрослых или о себе и делает то, на что не способен в силу своего возраста и особенностей развития.


Кадр из фильма «Один дома»

Тогда те детские части, которые отвечают за игры, шалости, активность вынуждены быть изолированными и изгнанными из системы, чтобы ребенок смог справиться с поставленными перед ним задачами. В такой ситуации эти части нагружаются бременем одиночества, стыда, страха, вины и несут его всю жизнь.

Многое зависит от того, какой груз получили Изгнанники, насколько он тяжелый, насколько сильны чувства, которые несут Изгнанники, как давно был получен травматический опыт. Чем человек младше, тем меньше у него возможности справляться с тем, что происходит вокруг — поэтому будет больше Изгнанников, а защитники будут более жесткие и экстремальные.

Как проявляются Изгнанники

Изгнанники застряли во времени травмы: они переживают ее как в первый раз и не знают, что это событие давно в прошлом — им кажется, что все происходит сейчас. У них очень много сильных, тяжелых чувств, о которых они не могут нам рассказать.

Мы можем успеть немного ощутить чувства Изгнанника только в случае, если какой-то триггер напомнит нам о ситуации их прошлого.

Почему это ощущение мимолетно? Потому что при активации Изгнанника тут же приходят защитники — Пожарные, и отвлекают нас, чтобы мы не чувствовали то же, что Изгнанники в этот момент.


Источник

Изгнанники чаще всего чувствуют себя очень одинокими, покинутыми, ненужными, брошенными, изолированными и очень хотят освободиться от этого — рассказать свою историю и хотят быть услышанными.

Одна из характеристик травм — одиночество, потому что ее получают один на один: человек остается с тем, что он переживает в одиночестве. Так как Защитники изолируют Изгнанников от всей остальной системы, чтобы они своими чувствами «не затаптывали» систему — наши Изгнанники остаются одни.

Если вдруг Изгнанники активизировались, Пожарные их возвращают обратно в их изолированное пространство.

Изгнанники — опасность для системы

Изгнанники представляют опасность для системы. Они могут «затопить» нас чувствами: мы будем ощущать одиночество, отчаяние, боль, страх — потеряем возможность функционировать.

А для системы, особенно для Менеджеров, самое важное, чтобы мы продолжали функционировать. Задача Менеджера — сделать так, чтобы мы выживали и продолжали жить дальше. У Изгнанников такой задачи нет. Их задача — поделиться, снять с себя бремя, быть услышанными, исцелиться.

Изгнанники делают нашу систему уязвимой тем, что происходящее вокруг неизбежно задевает их чувства: события напоминают о том, что было с ними и активизируют тяжелые переживания Изгнанников.

Менеджеры делают все, чтобы наши Изгнанники и мы сами не встречались с ситуациями, похожими на те, где была получена травма.

Чем больше Изгнанников и их травм, тем сложнее системе справляться с внешним миром, потому что триггеров становится очень много.


Источник

Тяжелые чувства трудно удерживать изолированными: они периодически прорываются, что приводит к активности Пожарных, которые должны каким-то образом все «потушить».

Чувства частей

Части — это не то бремя, которое они несут, это их чувства. Например, Изгнанники часто уверены в том, что их невозможно любить — для них это объективность.

Если они испытывают страх, они верят, что действительно плохое случится, и никто не поможет. Им трудно поверить в то, что их чувства не являются объективной правдой про них или про мир. Часто они не доверяют Self или другим частям.

Если мы говорим: «Сейчас безопасно», — мало Изгнанников поверит в это.

Очень часто при первом контакте Изгнанники говорят: «Ты уйдешь и больше ко мне не придешь, я знаю, что ты меня бросишь». Они верят в это, потому что получили когда-то тяжелый опыт. Причем этот опыт может нам со стороны казаться не очень тяжелым, но для системы он оказался неподъемным.

Чаще всего это касается отношений ребенка с значимым взрослым: основные травмы получают в этих отношениях. Таким образом, Изгнанники остаются изолированными от всей остальной системы, от внешнего мира до тех пор, пока мы, наши части и особенно Self не придем и не освободим от тяжелых чувств.

Часто у Изгнанников есть много творческой, живой энергии, любопытство, игривость. Эта энергия Изгнанников просыпается тогда, когда они становятся полноценными участниками нашей внутренней системы. Как бы сильно человек ни был травмирован, исцелить Изгнанников можно всегда.

Место Изгнанников во внутренней системе

Пунктирная линия на изображении означает, что Изгнанники отделены от всей остальной системы: подавлены их чувства и опыт. Очень часто у Изгнанников есть опыт, который мы не помним. И когда они начинают делиться этим опытом и рассказывать о нем, люди часто в терапии говорят: «А я это не помню… Да, это действительно было, я сейчас начинаю вспоминать».

У Изгнанников есть не только тяжелые чувства, но и воспоминания, в которых содержится бремя представления о себе и о мире.

Например, представление «мир опасен, и я не могу себя защитить» формируется в детском возрасте. Изгнанникам трудно понять, что это представление о себе получено в результате негативного опыта, потому что у них нет другого опыта, с которым можно было бы сравнить.

Более того, опыт, который они получили внутри системы после того, как с ними случилась травматическая ситуация снаружи, тоже негативный — Менеджеры и Пожарные не дают проявляться Изгнанникам, обвиняют их в слабости, уязвимости.

Таким образом, у Изгнанников практически нет возможности себя проявлять внутри системы и вне ее: ни Менеджеры, ни Пожарные не дают им такой возможности. А если и дают, то потом сильно ругают за слабость.

По материалам курса «Мои разные “я”».
Обложка: unsplash

Рубрика
Психология

Похожие статьи