в вишлисте
Личная скидка {{ profile.personalDiscount.discount }}%
в корзине
на сумму
До бесплатной доставки
осталось
{{ cartCount + cartEbookCount }}
Корзина
Доставка в город {{ headerCity.name }}
сегодня от  бесплатно от {{ headerCity.estimatesMin }} до {{ headerCity.estimatesMax }}  бесплатно
В город {{ headerCity.name }}
пока не доставляем
Посмотрите
другие города
Город, населенный пункт
{{ city.region }}
Сюда пока не доставляем книги
Мы. Жизнь издательства
«Морщинки на бабулином лице»: наши истории
13 июня 1 104 просмотра
Мы. Жизнь издательства
«Морщинки на бабулином лице»: наши истории
13 июня 1 104 просмотра

Татьяна Бурцева
Татьяна Бурцева

Помните нашу добрую и светлую книгу «Морщинки на бабулином лице»? Эту книжку-картинку сложно прочесть без улыбки и слез. Она о семье, любви, ценностях, теплых воспоминаниях — обо всем, что важно каждому из нас. Проникнувшись книгой, мы даже запустили в соцсетях проект #морщинкинабабулиномлице и до сих пор с удовольствием читаем истории, которые публикуются с этим хэштегом.

Как вы знаете, в июне у МИФа день рождения. А в день рождения так хочется быть с близкими, вспомнить классные истории и поделиться радостью с друзьями. МИФ — это много имен и фамилий, за которыми стоят другие имена, вдохновляющие нас, поддерживающие с самого детства, дарящие безусловную любовь. Сегодня мы хотим поговорить о наших бабушках, присоединяйтесь.

Дмитрий Утробин, исполнительный директор

Бабушка Ира (папина мама)

Я всегда очень любил гостить у нее в коммуналке с высокими потолками и уютным двориком перед домом. До школы мы жили с ней вдвоем целое лето, и лет в 6 она учила меня как прожить на 3 рубля в неделю: я ходил в магазин за молоком и батоном + варёная картошка. Я не помню, чтобы бабушка готовила какие-то особые разносолы, но помню пончики в сахарной пудре и чай в граненых стаканах и подстаканниках.

Почему-то именно у нее я ощущал полную свободу действий и имел неограниченное время, когда был предоставлен сам себе.

Лет в 9 я нашел в шкафу и прочитал «Похождения бравого солдата Швейка» и «Путешествия и приключения капитана Гаттераса». Понял точно не все, но был очень впечатлен.

Именно у нее со мной регулярно случались всякие детские болезни или травмы, и бабушка Ира очень переживала, что моя мама больше меня к ней не отпустит.

Бабушка Ира бережно хранила билет на кремлевскую елку, который в свое время вручили папе за успехи в учебе. Москва для нас была где-то на другом краю света, а сама бабушка закончила только семилетку — нужно было работать.

А еще я помню домики из спичек, которые она делала, когда лежала в больнице.

Бабушка Катя (мамина мама)

Самое яркое воспоминание: ее очень взволновало мое твердое намерение жениться на девочке из детского сада, которая мне очень понравилась.

А еще она любила рассказывать, что ее всегда принимали за мою маму — так молодо она выглядела.

Сразу после нашей с Ларисой свадьбы она как-то спокойно и уверенно сказала мне, что Ларисина мама теперь и моя мама, поэтому именно так я и должен теперь ее называть и к ней относиться. Думаю эта ее житейская мудрость позволила мне на протяжении многих лет сохранять отличные отношения с мамой Ларисы и не примерять на себя анекдоты про тёщу.

Моя третья бабушка — папина крёстная мать или просто «крёсна Зина»

Она жила в Архангельской области и приезжала к нам в гости где-то раз в год. И это всегда был ПРАЗДНИК. Она баловала меня конфетами и колбасой. Привозила зеленые бананы и мандарины, которые доставались ей по «северному снабжению». И еще книги, которые она мне читала. Помню огромный сборник Маяковского в красной эфалиновой обложке и с яркими картинками внутри.

Таня Бурцева, копирайтер

Моя бабушка никогда не сидит на месте. Когда семья собирается за ее столом, он ломится от еды: салаты, булочки, пирожки, печеная картошка, варенье, соленья… И за столом мы ее практически не видим, потому что она всегда бегает на кухню, чтобы принести что-нибудь еще.

В детстве мы с братом ездили к ней в деревню на летние каникулы. Там я начала писать стихи, лет в 6-7. Короткие, про одуванчики и незабудки. Бабушка всегда помогала с рифмой. А еще она ходила со мной на пленэры, и мы вместе рисовали один и тот же пейзаж. А потом сравнивали и обсуждали, что у кого получилось лучше. С бабушкой мы сделали много поделок из подручных материалов: шишек, семечек и фруктовых косточек.

Летом бабушка по-прежнему занимается огромным огородом в деревне, но постоянно приезжает в город, чтобы повидаться с подружками или сходить на какой-нибудь концерт. Она делает потрясающие покрывала из лоскутков и ходит на различные курсы, развивая навыки. Кстати, она активный пользователь соцсетей и даже читает статьи в блогах МИФа. Возможно, и эту прочитает. Привет, бабуль! 🙂

И с дедушкой мне очень повезло. Он всегда дарил мне лучшие книги. Например, словарь Даля в четырех томах и сборник стихов Марины Цветаевой. Я храню их уже много лет. Дедушка всегда поощрял мою любовь к литературе и поэзии. Очень расстраивается, что я перестала писать стихи. А еще у него удивительная история, которая достойна книги, хоть ему так и не кажется.

Настя Смоляк, менеджер по работе с любимыми клиентами

О бабушке и с бабушкой я могу говорить бесконечно 🙂 Я обожаю расспрашивать ее об историях из моего детства! А многое помню сама. Хотя, бабушка говорит, что я много придумываю. Например, о том, как меня забыли забрать из детского сада. Или о том, как бабушка и папа спорили на лестничной площадке, как назвать моего брата. Говорят, все это мне приснилось.

Я проводила с бабушкой большую часть своего детства. Да и отрочества тоже. И, откровенно говоря, я не ценила тогда это так, как ценю сейчас. Я дорожу каждым воспоминанием и каждой новой историей о нашем совместном времяпрепровождении.

Недавно бабушка мне показала бочку, которую в свое время она адаптировала под детский манеж! С дедушкой они были постоянно в работе: скот, огород и прочее. Бабушка ставила бочку в огороде, где они работали, застилала покрывальцем и садила меня туда. Говорила, что засыпала меня там игрушками и баранками: и мне было хорошо, и им спокойно.

Детский сад от этого огорода разделял забор метром в высоту. Поэтому бабушка особо не заморачивалась и передавала меня воспитателю через этот забор прямо в руки. Да и забирала, собственно, также.

Наверное тяжело было совмещать работу по хозяйству и присмотр за маленькой егозой. И только когда мне исполнилось 20 лет, бабушка рассказала нам с мамой, как спасла меня, вытащив из болота, где виднелось уже только красненькое платьице в горошек! Раньше, говорит, рассказывать боялась.

Бабушка купала меня в ванночке, укладывала спать на прохладной веранде, а позже делала мне вкуснейший бутерброд — батон со сметаной и сахаром. Я помню, как мы вместе смотрели диафильмы. И как я просила достать мне тот старый большой чемодан, где хранилось множество ее воспоминаний: фотографии, парики, книги…

Не всегда она соглашалась на мои просьбы. Запрещала нам играть с ее сервизом, заставляла пить козье молоко и пыталась научить вязать. Где-то на чердаке дома до сих пор под слоем пыли лежит мой маленький недовязанный носок!

Я надеюсь, что морщинки моей бабушки хранят в себе гораздо больше теплых и добрых воспоминаний. Моя бабушка сейчас говорит: «Настя, я так смеюсь, только когда ты приезжаешь!» Я обнимаю ее, и в моих глазах слезы счастья! Я рада, что так могу отблагодарить ее за любовь и заботу! Я люблю тебя, моя самая лучшая в мире бабушка!


Елена Абронова, ответственный редактор детских проектов

Морщинки на лице моей бабушки похожи на лучики, а глаза — на два солнышка. И так было для меня всегда, а теперь и для моих детей. В детстве я не могла представить свою жизнь без нее, но и сейчас ничего не изменилось.

Когда мне передали в работу книгу Симоны Чираоло, я сразу в нее влюбилось. А когда решили запустить марафон воспоминаний, в тот же день спросила свою бабушку: «Какое у тебя самое радостное воспоминание за всю жизнь?» Если честно, думала, что она расскажет что-то в духе Симоны Чираоло. Но наши русские бабушки — это вам не итальянские. Ниже рассказ бабушки почти дословно.

«Самый счастливый день в моей жизни — 10 июня 1946 года, когда мы с мамой приехали в Кенигсберг. Мне было 15 лет, а выглядела я как ребенок. Ехали мы из Беларуси, поселка Смородник, что под Витебском. Жить нам было негде. Наш дом во время войны сожгли немцы. Когда война шла, в лесу скрывались, в землянке, потом ютились четыре семьи в одном домишке. А в Кенигсберге были мои старшие брат и сестра, которые прошли всю войну. Возвращаться им было некуда, дома-то нет, они остались в городе. Мы к ним ехали, у них комната была. Ох, как тяжело добирались… В товарном вагоне двое суток, с собой была одна подушка, а больше ничего не было. Еще булка хлеба была, да на вокзале в Витебске ее цыгане у нас забрали.

Приехали в Кенигсберг, весь город в руинах, транспорт не ходит. Пошли пешком, долго шли, спрашивали военторг, у улиц-то не было названий. Все разрушено. Нашли! Сестра Вера нас встретила. И была радость! У нас снова дом появился, своя комната, всего девять метров, а как радовались. Победе? Да, Победе очень радовались, но вот свой первый дом особенно запомнился».

Бабушка, пожалуйста, живи долго-долго…


Мы с бабулей, январь 2017-го.


На фото: Настя Шедова, конец сороковых годов.

Ирина Немцева, принт-менеджер

Моя бабушка выросла в деревне. Когда она переехала в город, то с апреля по октябрь уезжала в деревню заниматься огородом. Мы, конечно, к ней приезжали на выходные помочь — полить, прополоть и собрать урожай.

И вот приехали мы с мамой к бабушке (не помню почему не было дедушки, папы и брата), собрались и пошли собирать вишню. Собрали нижние ветки, и настало время верхушки. А вишня молодая и не высокая. И бабушка говорит, что дедушка обычно нагибает верхушку и привязывает к ноге, а бабушка собирает. Так и решили поступить. Бабушка сходила за веревкой, и мы привязали верхушку к маминой ноге. Чтобы собирать ягоды, нужны были свободные руки. Мы начали отпускать ветку и, как оказалось, мамин вес оказался недостаточным для дерева. Чем больше мы отпускали ветку, тем быстрее мамина нога начинала подниматься. Мама кричит «Не отпускайте! Я сейчас как Буратино буду висеть на дереве». И нам с бабушкой стало так смешно, что мы уже от смеха не могли ни веревку отвязать, ни ветку держать. В итоге кое-как отвязали и оставили верхушку до приезда дедушки. Сейчас прошло много времени, но мы с мамой часто вспоминаем эту историю и смеёмся.

Наталия Булатова

Когда речь заходит про морщинки, я вспоминаю не бабушек, а прабабушку (бабули хорошо сохранились — у них нет морщин ;))

Звали прабабушку баба Ната — Наташа, как меня. И она, как и я, была левшой.

Баба Ната жила в деревянном доме с большой беленой печкой. На ней всегда грелись одна-две серые кошки — страсть какие независимые, в отличие от квартирных привыкшие гулять сами по себе.

Дом бабы Наты был местом семейных посиделок — собирались дети, внуки, правнуки, вкусно ели и вели разговоры. Нам, детям, было неинтересно, и мы уходили в спальню. Там в большой коробке хранились открытки, которые прабабушке  присылали знакомые на праздники и просто так. Разобрать, что написано, было трудно, но рассматривать картинки было интереснее, чем сходить в кино.

А в саду рос целый ряд больших вишневых деревьев. Если забраться на стремянку, можно набрать целый бидон спелых до черноты ягод. Потом их надо было сдать на варенье, но мне было жалко — вишню я любила, а варенье нет. Поэтому старалась съесть как можно больше. До сих пор запах и вкус спелой вишни напоминает мне бабу Нату и эти огромные деревья. Вишневый урожай в Перми редкость.

Кроме варенья бабушка готовила рыбный пирог невероятной вкусноты. Конечно, каждому кажется, что пироги его бабушки самые вкусные. Но, клянусь, этот рыбный пирог мог претендовать на золото в мировом первенстве бабушкиных пирогов. О нем в нашей семье ходят легенды, а вот повторить его никто не может.

Баба Ната говорила мало, зато много смеялась и улыбалась. Она никогда никому не читала нотаций, ни с кем не спорила. Она была из тех бабушек, от которых, как от печки, идет ровное мягкое тепло, и ты без слов понимаешь, что это родной и близкий человек.

А вообще мне неслыханно повезло: я застала двух прабабушек и одного прадедушку, а две бабули и один дедуля рядом и сейчас. Про каждого я могла бы накатать сочинение, но всегда кажется, что знаю о них слишком мало. И все-таки это счастье, что они были и есть.

Юлия Гиматова, переводчик книги «Морщинки на бабулином лице»

Просто произнесите вслух слово «бабушка». Какие тёплые эмоции сразу появляются в душе! Для меня мои бабушки — это:

1. Невероятная скорость и гостеприимство. Только им можно сказать, что ты будешь через 15 минут. И через 15 минут тебя встретят с улыбкой, добротой в голосе и, разумеется, с накрытым столом. Не съел бабушкин борщ — не был у бабушки.

2. Лёгкая доля критики. «Юль, всё в тебе хорошо, но вот нос нужно переделать. Давай ты сделаешь пластическую операцию?»

3. Самое дорогое и близкое — я их очень сильно люблю.

Еще истории сотрудников МИФа вы найдете тут. Если хотите поделиться с нами своими — публикуйте их в соцсетях с хэштегом #морщинкинабабулином лице или в комментариях под этой статьей. И навестите бабушек и дедушек, если у вас есть такая возможность.

Похожие статьи