в вишлисте
Личная скидка {{ profile.personalDiscount.discount }}%
в корзине
на сумму
До бесплатной доставки
осталось
{{ cartCount }}
Корзина
Доставим в город {{ headerCity.name }}
сегодня за  бесплатно от {{ headerCity.estimatesMin }} до {{ headerCity.estimatesMax }}  бесплатно
В город {{ headerCity.name }}
пока не доставляем
Посмотрите
другие города
Город, населенный пункт
{{ city.region }}
Сюда пока не доставляем книги
храм буддийский
Саморазвитие
Как монахи солдат победили
14 июля 2016 4149 просмотров
Саморазвитие
Как монахи солдат победили
14 июля 2016 4149 просмотров

Алена Лепилина
Алена Лепилина

Удивительная история из книги «Тишина» Тит Нат Хана, духовного лидера и дзен-мастера, показывающая, что в мире есть вещи, которые представляют собой нечто большее, чем черное и белое, грусть и веселье. Сталкиваясь с ними, сначала мы не верим, а потом…

Что ж, не будем забегать вперед: прочтите лучше сами и сделайте свои собственные выводы.

Утро в оккупации

Я помню, как в 1947 году находился во вьетнамском городе Хюэ в качестве студента Института буддизма при храме Бао Куок, неподалеку от моего родного храма, где я стал монахом и где обычно жил. В то время весь регион был оккупирован французской армией, а в Хюэ располагалась их военная база. Часто между войсками происходили перестрелки. Люди, жившие высоко на холмах, превратили свои дома в крепости, защищаясь от французов. Время от времени монахи совершали походы по прилегающему региону, но основная масса жителей избегала передвижений.

Однажды утром я вышел из храма Бао Куок, направляясь в свой родной храм, который я навещал раз в месяц. Было очень рано. На траве лежала роса. В своем холщовом мешке я нес одежду для буддистских обрядов и несколько свитков с Cутрами. На голове у меня была традиционная конусообразная вьетнамская шляпа. Предвкушая встречу со своим учителем, братьями-монахами и старинным почитаемым храмом, я испытывал радость и ощущение легкости.

Тит Нат Хан

Тит Нат Хан

Я успел преодолеть только первый холм, как услышал голос, окликающий меня. Позади, на вершине холма, я увидел французского солдата, махавшего мне рукой. Я подумал, что таким образом он насмехается надо мной как над монахом, и продолжил путь.

Но тут же понял, что дело принимает нешуточный оборот, поскольку услышал тяжелые шаги бежавшего за мной военного. Я остановился в ожидании. Ко мне приблизился молодой солдат с тонким и красивым лицом.

— Куда ты идешь? — спросил он по-вьетнамски.
По его произношению я понял, что он француз и что его познания во вьетнамском очень ограниченны.

Я улыбнулся и спросил по-французски:
— Если я отвечу по-вьетнамски, разве ты поймешь?

Когда он услышал, что я говорю по-французски, его лицо преобразилось. Он сказал, что не имел намерения обыскивать меня, а хотел только кое о чем спросить.
— Если ты не очень занят, давай поднимемся ко мне и поговорим немного.

Ночной рейд

Солдат рассказал мне о том, что за несколько дней до этого в десять часов вечера он
и пятеро его товарищей совершили рейд в храм Бао Куок в поисках повстанцев из организации Вьетминь, которые, по данным французов, находились в храме. У них был приказ арестовывать и даже убивать повстанцев.

храм

— Мы были вооружены и полны решимости найти их. Но когда мы вошли в храм, то застыли в удивлении. Произошедшее там оказалось так неожиданно. Когда мы ходили в рейды в прошлом, то, заметив нас, люди разбегались или паниковали. Но когда мы вошли той ночью в храм Бао Куок, он выглядел как пустыня.

Масляные светильники еле горели. Мы намеренно громко шагали по гравию, и нам казалось, что в храме много народа. Но мы не нашли никого. Вокруг царила невероятная тишина. Крики солдат громким эхом звучали в моих ушах. Нам никто не отвечал.

Я включил фонарь и направил луч света в помещение, которое, как мы думали, пустовало. И тут я увидел пятьдесят или шестьдесят монахов, сидящих неподвижно в абсолютной тишине и медитировавших.

— Вы пришли туда как раз во время нашей вечерней медитации, — кивнул я.

— Да. Создавалось впечатление, что мы столкнулись с какой-то неизвестной нам и невидимой силой. Мы были так ошеломлены, что просто развернулись и вышли во двор. Эти монахи игнорировали нас! Они не произнесли ни звука и не продемонстрировали никаких следов страха или паники.

— Они не игнорировали вас. Они были полностью сконцентрированы на своем дыхании. И все.

— Их спокойствие как будто затягивало меня в омут, — признался мой собеседник. — Оно по-настоящему вызвало у меня уважение. Я и мои товарищи еще полчаса молча стояли во дворе храма под большим деревом. Потом прозвучало несколько ударов колокольчиков, и храм ожил. Один из монахов зажег факел и вышел, чтобы позвать нас внутрь. Но мы объяснили ему, зачем приходили, и удалились.

Путь сострадания

Солдат продолжал рассказ:
— В тот день мое представление о вьетнамском народе начало меняться. Вокруг меня много молодых солдат, и все они тоскуют по родине. Мы скучаем по нашим семьям и домам. Нас послали сюда убивать членов Вьетминя, но мы не знаем, кто кого в конечном счете убьет: мы их или они нас. Мы можем никогда не вернуться во Францию к своим семьям.

Умиротворенная и спокойная жизнь монахов заставляет меня думать о том, что такой жизнью должно жить все человечество.

Вьетнам

Я не понимаю, зачем мы пришли сюда. В чем причина ненависти между активистами Вьетминя и нами, заставившая нас преодолеть половину земного шара и сражаться с ними в такой дали от Франции?

Солдат сидел тихо, глубоко задумавшись. Возможно, как и я, он все больше понимал абсурдность убийства, весь ужас войны и страдания массы людей, гибнувших в беспощадной и несправедливой бойне.

Солнце уже поднялось высоко, и мне пора было отправляться в путь. Француз сообщил мне, что его зовут Даниэль Марти и что ему двадцать один год. Незадолго до прибытия во Вьетнам он только окончил среднюю школу. Он показал мне фотографии матери, младшего брата и сестры. Мы расстались с чувством возникшего между нами взаимопонимания, и Даниэль пообещал мне приходить в храм Бао Куок по воскресеньям.

Мирная жизнь

В последующие месяцы по мере возможности он посещал меня в храме, и мы занимались с ним медитацией в специальном зале. Я дал ему духовное имя Тан Луонг, что означало «чистая и исцеляющая мирная жизнь». Я учил его вьетнамскому языку, он показывал мне письма, приходящие ему из дома. Наша дружба стала очень глубокой.

Hanoi_Temple_of_Litterature

Наконец во время одного из своих визитов Даниэль сообщил, что его подразделение передислоцируется в другое место, а он сам скоро вернется во Францию. Я проводил его до ворот храма, и мы обнялись.

— Я буду писать тебе, брат, — сказал он.

Через месяц я получил от него письмо, сообщавшее, что скоро он уезжает во Францию, но потом его направляют в Алжир. Он обещал писать мне и оттуда. С тех пор о Даниэле у меня не было никаких известий. Кому сейчас ведомо, где Тан Луонг. Жив ли он?

Но я знаю, что, когда видел его в последний раз, в душе у него царило умиротворение. То мгновение абсолютной тишины в храме Бао Куок полностью изменило его.

Он позволил своему сердцу заполниться другими живыми существами и понял бессмысленность и разрушительность войны. И это произошло благодаря тому мигу полной и всеобъемлющей неподвижности, открывшей наш мир могучему, исцеляющему и волшебному океану, называемому тишиной.

P.S. Понравилось? Подписывайтесь на нашу полезную рассылку. Раз в две недели присылаем подборку лучших статей из блога.

По материалам книги «Тишина»

Похожие статьи