Ферма. Рассказ выпускницы курса «Как создается проза» Наталии Сгибневой

Госпожа Метафора

Не так давно завершился курс «Как создается проза», где ученики пробовали себя в роли настоящих писателей: три месяца работали над художественным текстом — с авторами бестселлеров, редакторами, критиками. Публикуем отрывок одной из творческих работ (стиль, орфография и пунктуация автора сохранены).

Наталия Сгибнева

ФЕРМА

Я не отрывала взгляда от новых пейзажей и крутила головой в разные стороны. Старенький джип без кондиционера вез меня по проселочной дороге, пыль прилипала к потной коже. Мужчина за рулем без умолку рассказывал о своих родных краях. Как я проживу два месяца в горах?

Две недели назад я уволилась и планировала ничего не делать, но анкета на волонтерство изменила планы. На ферму требовалась помощница в летнее время, владеющая навыками съемки. Моя визитка понравилась Тагиру и его жене. По приезде хозяин фермы сразу провел мне экскурсию. Территория была огорожена низким деревянным забором. На лужайке отдыхали несколько лошадей, их охранял лохматый пес, который развалился в тени скамейки на берегу реки. Мы прошли вдоль длинных помещений, откуда доносился запах сена и корма для животных. Назвать сараями их язык не повернулся, потому что все выглядело современно. Здесь жили козы и коровы, а напротив расположились куры. Пройдя мимо огромных роз и вечнозеленых кустарников мы подошли к двухэтажному дому графитого цвета. У крыльца стояли большой деревянный стол, накрытый голубой скатертью и лавочки, усыпанные цветными подушками. Я сразу почувствовала запах выпечки и мяса. Дверь дома отворилась и появилась Фатима, мать Тагира, с корзиной фруктов в руках.

Мы пообедали пловом и лепешками с зеленью и сыром. Я познакомилась с семьей фермеров: тетя Фатима занималась домашними делами и ухаживала за садом, Тагир со своим отцом Русланом следили за животными, изготавливали сыры, контролировали рабочих и постоянно были в разъездах, Алия, жена Тагира, воспитывала дочку Ясмину, встречала нечастых гостей и ухаживала за лошадьми. Сотрудников было всего два — пастух и техник, который следил за аппаратами по питанию животных, сбору и хранению молока и яиц. После обеда мне показали гостевую комнату, рассказали о режиме дня, и все разошлись по делам.

Первые дня 3-4 я была крайне потерянной. Издалека делала фотографии и снимала видео, собирала яйца в большие лотки и подписывала коробки бутылок с молоком. Просто выполняла просьбы хозяев дома. Семья Умаровых была доброжелательной и общительной, я с интересом наблюдала за ними, но не проявляла инициативу, боясь помешать. Заметив это, дедушка подошел ко мне и взял за руку:
— Сейчас ты часть нашей семьи. Мы всегда друг другу помогаем, поэтому не нужно бояться просить совета и делиться идеями.

Через неделю впервые вышло солнце, и уже с утра у меня сгорел нос. На высоте это происходит моментально. После обеда я сидела на лавочке и наблюдала, как нежно чешет Алия лошадей, а потом быстро взбирается на одну из них и без седла скачет по полю. Она выглядела такой спокойной и счастливой. Ее развивающиеся на ветру кудрявые черные волосы контрастировали с травой насыщенного зеленого цвета. Алия была невероятно красивой. Иногда мне казалось, что ее глаза наполнены грустью, но чаще всего от нее веяло любовью, добротой и уютом. Интересно, не одиноко ли ей здесь в горах? Мечтает ли она о чем-то? Смогла бы я так жить? Мои размышления прервала Ясмина.

— Почему ты все время грустная и прячешься от нас? — спросила она.

— Я не грустная, просто не знаю, кем хочу стать, когда вырасту. И не хочу вам надоедать, — отшутилась я.

— Вот мне еще долго расти, но я уже знаю, что буду ученой, — с гордостью заявила Ясмина и положила голову мне на плечо.

— А что ты хочешь изучать?

— Я буду исследовать ботанику и биологию. Дедушка говорит, что главное, это найти своих людей и любимое дело. Семья у меня есть, осталось изобрести что-то великое!

Я восхитилась мечтами 7-летней девочки и грустно улыбнулась:

— А вот у меня не осталось ни близких людей, ни дела по душе.

— Тогда нужно просто довериться миру, и все придет само собой.

— Это тоже дедушка говорит?

— Это я сама придумала! Пойдем кататься на лошадях?

— Нет, нет, я не умею — пыталась отказаться я, но не по годам сильная девочка уже тянула меня за две руки.

Алия с дочкой принялись рассказывать мне о правилах общения с лошадьми, готовя седло. Для меня не стало удивлением то, что лошади, как и многие животные, эмпаты. Как заставить себя не бояться? Ведь пробовать что-то новое после 30 лет — страшно. Проще мечтать и откладывать, негодуя на обстоятельства и неподходящее время. Алия, заметив, как я осторожно касаюсь гривы, спросила:

— Ты очень зажата и не уверена в себе. Если люди могут этого порой и не заметить, то животные сразу чувствуют. Почему ты не можешь расслабиться?

— Я безумно люблю животных. Людей тоже, но они часто мне делали больно. И, кажется, я совсем потеряла себя. Поэтому мне проще быть самой с собой, в своей скорлупе. Я везде чувствую себя лишней, — ответила я и удивилась своей же откровенности.

Алия молча кивнула мне и помогла взобраться на седло. Мы прогулялись по кругу, а когда я вновь почувствовала землю под ногами, она рассказала о том, что верховая езда — это не просто управление лошадью, а диалог. Ты не главенствуешь, вы движетесь вместе.

На следующий день во время завтрака тетя Фатима села рядом со мной:

— Боль и утраты невозможно избежать. Но закрываясь от мира — ты пропускаешь саму жизнь. Верь в себя и продолжай искать своих. Так одновременно найдешь спокойствие и страсть.

Каждый вечер мы с Ясминой и Алией проводили в конюшне. Я училась чувствовать ритм лошади Миры, доверять ее и своим инстинктам. Часто страх парализовал и вводил в ступор. Но я продолжала двигаться, и все получалось.

Через 2 недели я решилась на рысь. Когда Мира рванула, меня охватила паника. Лошадь не реагировала на команды и ускорялась. Я вцепилась руками в поводья и с трудом держась в седле, представляла, как падаю. Ферма скрылась за горизонтом…меня же найдут? Могу ли я разбиться? Так, стоп! Я закрыла глаза и сконцентрировалась на дыхании, а затем тихим, но уверенным тоном снова заговорила с Мирой. Спустя полминуты она меня услышала и успокоилась. Остались только стук копыт, запах травы и ощущение невероятной свободы. Я перестала смотреть под ноги, оглянулась на горы вокруг и улыбалась от осознания того, в каком живописном месте находилась. С каждым движением напряжение и тревога освобождали место для уверенности в себе. В тот миг я поняла: страхи — не стены, а лишь тени, которые рассеиваются, когда движешься вопреки барьерам и открываешься возможностям. Издали донесся голос Алии. Она догоняла нас и кричала о том, что гордится мной.

Козы и коровы, которых я всегда считала обычными, оказались смышлёными животными. Они привыкли ко мне и уже слушались. Иногда я заменяла пастуха, а в другие дни участвовала в производстве сыра. Рутинная фермерская жизнь перестала быть скучной и чужой. Я чувствовала себя ценной, что дарило вдохновение. Документальный фильм о домашнем хозяйстве семьи Умаровых набрал много просмотров. Мы завели страничку в социальных сетях.

Спустя три месяца я уже уверенно ездила верхом и даже пробовала прыжки через препятствия. Но главное — перемены произошли внутри. Я записалась на курсы публичных выступлений и стала свободнее взаимодействовать с людьми. Начала путешествовать каждые несколько месяцев, а не откладывать до лучших времен. Вела два проекта по пиару и организовывала авторские туры. Перестала тревожиться по мелочам и гнаться за достижениями в мегаполисе.

Через четыре месяца я вновь приехала на ферму. Мы с Тагиром обсуждали участие в выставках и интервью для журнала. Он отказался расширять производство, потому что не хотел потерять качество продукции и сохранял бизнес семейным. Мы стали сотрудничать с несколькими рестораторами и поставляли им сыры, яйца и молоко. Доход вышел на стабильный уровень. Ферма привлекала туристов и мотивировала местных на развитие своего дела.

После переговоров Ясмина повела меня на конюшню, задавая кучу вопросов про жизнь в городе и моих новых друзей. Глядя, как Мира скачет по полю, я прошептала: «Спасибо. Ты научила меня быть собой».