Фильмы студии Ghibli покорили весь мир, но в чем секрет их красоты и силы воздействия на зрителя? Ответ на этот вопрос можно найти в нашей новой книге «Японская анимация» искусствоведа Анны Голда. Это сложное, глубокое и очень долгожданное исследование творчества Хаяо Миядзаки и Исао Такахаты.
Бумажная книга Электронная книга
«Навсикая из Долины ветров»: миф о мире после катастрофы
Действие «Навсикаи из Долины ветров» разворачивается спустя тысячу лет после глобальной катастрофы. Большая часть земли покрыта Ядовитым лесом, в котором растут гигантские грибы и обитают исполинские насекомые. Немногие уцелевшие государства продолжают воевать друг с другом, не замечая, что человечество больше не властно над природой.
Миядзаки превращает фантастическую историю в древнее предание — со своей погибшей цивилизацией, чудовищами, пророчеством и героиней, которой предстоит исполнить предназначение. Даже вступительные титры стилизованы под средневековую хронику: события там разворачиваются в хронологическом порядке с существенной долей условности в изображении фигур и архитектурных элементов.
Подобное решение для вступительных титров со стороны Миядзаки носит тщательно продуманный характер. Соединяя художественные традиции разных народов и эпох, режиссер создает ощущение, будто перед зрителем действительно сохранившийся памятник исчезнувшего мира. Катастрофа, некогда уничтожившая цивилизацию, уже стала для героев частью легендарного прошлого.
Но мифологичность «Навсикаи» проявляется не только в пророчествах и образах погибшего мира. В центре этой истории оказывается древний конфликт человека и природы.
Уважение, с которым молодая княжна Навсикая относится к лесу и ко всем его обитателям, для синтоизма естественно и органично — девушка видит и себя, и человечество лишь частью природного мира, а не его правителями. Лес в мультфильме защищает и восстанавливает себя сам. Более того, исцеляет он и окружающий мир, справляясь с последствиями разрушительных действий людей.
Навсикая в фильме — это посол леса в мире людей и посол человечества в мире леса. Она исследователь, мессия, человек, способный на полностью бескорыстную жертву. В начале ленты Навсикая дает волю гневу, о чем жалеет; ее метания проистекают из того, что ее стезя — это путь созидания, а не разрушения.
Отдельным героем истории становится сам мир. Гигантские ому, белко-лисы, ездовые птицы и мутировавшие растения не просто наполняют экран яркими фантастическими существами — через них раскрывается связь Навсикаи с природой.
Так рождается новый миф — не о герое, который побеждает чудовищ и подчиняет себе мир, а о посреднице, способной услышать обе стороны. Навсикая не уничтожает пугающую природу, чтобы вернуть людям прежнюю власть. Она первой понимает, что Ядовитый лес не губит землю, а исцеляет ее от ядов, оставленных человечеством. И спасение в этом мире возможно не благодаря силе оружия, а благодаря знанию, состраданию и готовности отказаться от привычной роли хозяина природы.
«Небесный замок Лапута»: сказка о недостижимом царстве
В «Небесном замке Лапута» легко узнать знакомую сказочную конструкцию. Есть сироты Пазу и Сита, волшебный камень, тайна происхождения героини, злодей, погоня и таинственный замок, который парит высоко над землей. Героям помогают добрые шахтеры и волшебный наставник, а в конце добро одерживает победу над злом.
Изображая боевую мощь летающего острова, Миядзаки усиливает научно-фантастический флер ленты. Вводя пространство-головоломку из левитирующих блоков, режиссер привносит классическое футуристичное настроение: хотя Лапута низвергнута и фактически относится к прошлому, по своей сути она является воплощением негативного будущего, возможного при технологическом скачке.
Почти вся поверхность острова поросла мхом, травой и цветами, в глубине вод можно заметить нечто, напоминающее доисторических рыб, а на поверхности — в разной степени фантастических животных.
Также среди введенных Миядзаки красочных деталей можно найти надписи на вымышленном утраченном языке, государственную символику и другие многочисленные, но тщательно проработанные элементы окружения — например, фрески с фантастическими зооморфными образами, что мелькают в кадре иногда только фоном.
Сказка Миядзаки не заканчивается обретением волшебного царства. Пазу и Сита отказываются владеть Лапутой и уничтожают ее военную силу. Мечта о прекрасном небесном замке остается жива только тогда, когда человек перестает считать его своей собственностью. Освободившись от оружия и власти, остров поднимается еще выше — туда, куда люди уже не смогут добраться.
«Могила светлячков»: травма, которую невозможно забыть
Вторая мировая война и оставшаяся после нее коллективная травма — частая тема в творчестве японских авторов. Поражение Японии, кризис идентичности, крах процветавшей в период милитаризма идеологии, трудности послевоенного восстановления — все это привело к формированию пласта авторов-пацифистов, резко критикующих военную агрессию и рефлексирующих на тему применения оружия массового уничтожения; в их число вошли и Такахата, и Миядзаки.
Однако Такахата показывает войну не через сражения и военные решения, а через повседневность двух детей. Это история о голоде, болезни, разрушенном доме и постепенно исчезающих запасах еды. И все же, как и в любом другом времени, в ней остаются моменты для детской радости.
Такая смена настроения усиливает воздействие на зрителей, заставляя нас испытывать сложный, разнообразный спектр эмоций. Эту же задачу преследуют и многие визуальные приемы в мультфильме, ставшие в итоге одним из его ярких художественных достоинств.
Сэцуко смеется, играет и любуется светлячками, оставаясь обычным ребенком, которому почти невозможно объяснить происходящее. Зритель видит не отвлеченные последствия войны, а медленное разрушение маленького и понятного детского мира.
У Сэцуко это кукла и коробочка леденцов; для маленькой девочки такие вещи — практически центр ее мира. Кукла является универсальным и понятным атрибутом детства, а блестящая и красивая коробочка с леденцами становится зеркалом катастрофы, разрушения мира конкретных детей — постепенно лишаясь и содержимого, и внешнего блеска, в конце концов она становится урной для праха сестры, которую сжимает в руках Сэйта.
Название фильма тоже превращает красивый образ в трагический. Светлячки освещают убежище детей, но живут совсем недолго. Их хрупкий свет становится метафорой жизни Сэйты и Сэцуко — такой же яркой и быстро угасающей.
«Могила светлячков» не превращает пережитую травму в историю о героизме, взрослении или победе человеческого духа. Война здесь не дает детям никакого важного урока — она просто отнимает у них дом, семью, здоровье и жизнь. Такахата не предлагает зрителю ни виновника, которого можно победить в финале, ни вывода, способного придать произошедшему смысл.
Заказать:
