Проза
«Людям, что бы они ни говорили, нравятся убийства». Отрывок из самого ожидаемого романа МИФа
30 августа 3 040 просмотров
Проза
«Людям, что бы они ни говорили, нравятся убийства». Отрывок из самого ожидаемого романа МИФа
30 августа 3 040 просмотров

Олеся Ахмеджанова
Олеся Ахмеджанова

Этой осенью в МИФе выходит «Клуб убийств по четвергам» — самый продаваемый дебютный роман со времен «Гарри Поттера». Он произвел настоящий фурор в Великобритании, а теперь с триумфом шествует по миру.

«Клуб убийств по четвергам» — это четверо старичков в доме престарелых, которые расследуют нераскрытые преступления, чтобы избавиться от скуки. Однажды в их поселке происходит загадочное убийство. Удастся ли «Клубу» справиться с настоящим делом?


Клуб убийств по четвергам

Публикуем отрывок из книги — чтобы вы познакомились с этой удивительной историей.

Джойс

Я начинала вести дневник много лет назад, но сейчас, пролистав, сомневаюсь, что он вас заинтересует. Разве что вам интересна жизнь в Хэйуордз-Хит в семидесятых, а это, думаю, вряд ли. Ничем не хочу обидеть Хэйуордз-Хит семидесятых, я любила и место, и время.

Но пару дней назад, познакомившись с Элизабет, я попала на первое свое собрание Клуба убийств по четвергам и решила, что об этом было бы интересно рассказать. Как тот дневник про Холмса и Ватсона ― кто там его написал? Людям, что бы они ни говорили вслух, нравятся убийства, так что я попробую.

Я уже знала, что Клуб ― это Элизабет, Ибрагим Ариф, который живет в Вордсворте — это где круговой балкон, — и Рон Ричи. Да, тот самый Рон Ричи. Это само по себе волновало. Теперь я познакомилась с ним получше, и блеск немножко поистерся, но все равно.

Была еще Пенни Грей, но она теперь в «Ивах», это хоспис. Если подумать, я клубу как раз подходила. Образовалась вакансия, и я стала новой Пенни.


Источник

Но тогда я, конечно, волновалась. Я это помню. Я взяла с собой бутылочку неплохого вина (за восемь фунтов девяносто девять пенсов, чтоб вы представляли) и, когда вошла, застала всех уже на месте, в Мозаичной. Они раскладывали на столе фотографии.

Элизабет организовала Клуб убийств по четвергам вдвоем с Пенни. Пенни много лет служила в полиции Кента инспектором и привезла с собой нераскрытые дела об убийствах. Ей вообще-то не полагалось иметь у себя эти дела, но кто мог узнать?

Начиная с определенного возраста можно делать почти что хочешь. Никто тебе не запретит, кроме твоего врача и твоих детей.

Рассказывать о том, чем зарабатывала на жизнь Элизабет, мне не разрешается, хотя она сама иногда проговаривается. Скажу только, что убийства, расследования и много чего еще для нее не внове.

Элизабет с Пенни перебирали каждое дело строчка за строчкой, изучали все фотографии, перечитывали показания свидетелей ― искали, чего недостает. Им не нравилась мысль, что виновные преспокойно продолжают заниматься своими делами. Сидят в садике, разгадывают судоку и знают, что убийство сошло им с рук.

И еще, думаю, Пенни с Элизабет это занятие просто нравилось. Стаканчик-другой вина и тайна. Вполне светское времяпрепровождение, и в то же время жутковатое. Отличное развлечение.


Источник

Они собирались по четвергам (отсюда и название), потому что в Мозаичной было двухчасовое окно между «Историей искусств» и «Разговорным французским». Записались они ― и до сих пор пишутся ― как «Японская опера: обсуждение», и это гарантирует, что их никто не побеспокоит.

Им обеим по разным причинам многие задолжали услугу, им всегда было кому позвонить, чтобы поболтать по-дружески. Судебно-медицинские эксперты, бухгалтеры, судьи, лесопатологи, конезаводчики, стеклодувы ― кто только не побывал в Мозаичной комнате. Все, кого Элизабет с Пенни сочли полезным для решения какого-то вопроса.

К ним вскоре присоединился Ибрагим. Он часто играл с Пенни в бридж и раз или два помог им по мелочам. Он психиатр. Или был психиатром. Или все-таки остался. Не знаю точно. На первый взгляд ничего такого не заметно, но когда его узнаешь, то похоже. Я на терапию никогда не ходила, потому что кому оно надо — распутывать этот клубок? Предпочту не рисковать, спасибо. У моей дочки, Джоанны, есть психотерапевт, хотя посмотрев, какой величины у нее дом, трудно не спросить, зачем ей это. Так или иначе, в бридж Ибрагим больше не играет, и, по-моему, это досадно.

Рон сам напросился, что вас, конечно, не удивит. Он ни на минуту не купился на «японскую оперу» и однажды в четверг заявился в Мозаичную разузнать, что там творится. Элизабет, которая ценит подозрительность превыше всего, тут же пригласила его полистать дело о вожатом скаутов, которого нашли сгоревшим в лесу у самой обочины А27. Она сразу распознала сильную сторону Рона ― а именно, что он никогда и никому не верит на слово.

Сейчас Элизабет говорит, что чтение полицейских отчетов с точки зрения того, что полиция вам лжет, ― удивительно эффективный подход.


Источник

Комната, кстати, называется Мозаичной, потому что там на большом, слегка наклонном столе собирают большие мозаики. Когда я впервые туда пришла, это был вид Уитстаблской гавани на 2000 фрагментов, и недоставало только кусочка неба. Я однажды съездила в Уитстабл, всего на один день, но не очень поняла, из-за чего столько шума. После того как попробуешь устриц, там в магазинах и посмотреть-то нечего.

Так или иначе, Ибрагим накрыл мозаику куском толстого оргстекла, и на нем Элизабет с Роном разложили сделанные экспертами фотографии бедной девушки. Той, что, по мнению Элизабет, была убита своим дружком. Этот дружок был озлоблен, потому что вернулся из армии инвалидом, но причина всегда найдется, правда? У каждого за спиной есть грустная история, но не все же мы убиваем людей.

Элизабет попросила меня закрыть за собой дверь и подойти посмотреть снимки.

Ибрагим представился, пожал мне руку и предложил печенья. Он объяснил, что в коробке два слоя, но они хотят прикончить первый, прежде чем взяться за нижний. Я сказала, что тут он проповедует перед обращенной. Рон взял мою бутылку и поставил рядом с печеньем. Покивал, рассмотрев этикетку, и заметил, что это белое. А потом поцеловал меня в щеку, что заставило меня задуматься.


Источник

Я понимаю, вы можете считать, что в поцелуе в щеку нет ничего такого, но для мужчины за семьдесят это не так. В щеку нас целуют разве что зятья и прочие родственники. Так что я сразу решила, что Рон из расторопных. Про то, что в поселке проживает знаменитый профсоюзный лидер Рон Ричи, я узнала, когда они с мужем Пенни, Джоном, взялись лечить раненого лиса и назвали его Скаргилл. Об этом, когда я только въехала, писали в нашей местной газете. Учитывая, что Джон ― бывший ветеринар, а Рон — это… скажем так, Рон, я подозреваю, что лечил Джон, а Рон только имя подбирал. Газета, кстати, называется «Куперсчейз без купюр» ― ради каламбура.

Мы все столпились перед фотографиями. Бедняжка, от такой раны она никак не должна была умереть, даже в те времена. Ее парень сбежал из полицейской машины, когда Пенни везла его на допрос, и с тех пор его не видели. Он и Пенни ударил. Удивляться не приходится. Кто способен ударить одну женщину, ударит и другую. По-моему, даже если бы он не сбежал, все равно выкрутился бы. Я знаю, о таком и до сих пор приходится читать, а в те времена было еще хуже.

Клуб убийств по четвергам не рассчитывал совершить чудо и доставить парня на суд: думаю, все понимали, что Пенни с Элизабет могут в свое удовольствие разгадывать повисшие дела, но дальше того им ничего не светит. Пожалуй, можно сказать, что Пенни с Элизабет ни разу не добились своего. Все убийцы оставались безнаказанными, все и сейчас сидят где-то, слушают прогноз погоды на море. Преступление сошло им с рук ― как и, боюсь, многим другим. С возрастом начинаешь постепенно с этим примиряться.

Но вообще-то я что-то расфилософствовалась, а это пустое дело.

 В прошлый четверг мы впервые собрались вчетвером: Элизабет, Ибрагим, Рон и я. И, должна сказать, получилось очень естественно. Я будто заняла пустовавшее место в их мозаике.


Источник

Я пока оторвусь от дневника. Завтра в поселке большое собрание. Я в таких случаях помогаю расставлять стулья. Предлагаю помощь, потому что: а) при этом я выгляжу полезной, б) первой добираюсь до угощения.

 На собрании будут обсуждать новую застройку Куперсчейза. К нам приедет с докладом главный начальник, Ян Вентам. Я стараюсь писать по возможности честно, а потому, надеюсь, вы простите, если я скажу, что он мне не нравится. В нем есть все дурные наклонности, которые только могут развиться в человеке, если его предоставить самому себе.

 Новая застройка вызвала большой переполох, потому что они собираются вырубить деревья и перенести кладбище, и еще ходят слухи о ветряных турбинах. Рон ждет не дождется случая поднять бучу, а мне не терпится посмотреть, как он это устроит. Впредь обещаю писать что-нибудь каждый день. Держу пальцы крестиком, чтобы что-нибудь случилось.

По материалам книги «Клуб убийств по четвергам»

Обложка: unsplash

Рубрика
Проза

Похожие статьи