Творчество
«Лучшие свои роли я сыграл “на пенсии”». Отрывок из книги Майкла Кейна
15 марта 1 550 просмотров
Творчество
«Лучшие свои роли я сыграл “на пенсии”». Отрывок из книги Майкла Кейна
15 марта 1 550 просмотров

Олеся Ахмеджанова
Олеся Ахмеджанова

В некотором смысле вся наша жизнь ― кинопробы: в жизни каждого наступает момент, когда ради желаемого приходится выложиться и показать себя наилучшим образом.

Знаменитый оскароносец и актер Майкл Кейн знает это по собственному опыту: в своей книге «Взорви эти чертовы двери!» он рассказывает о своих успехах и неудачах, невероятных знакомствах и головокружительной карьере. А еще делится интересными подробностями о знаменитых фильмах и любимых актерах.

Делимся отрывками из книги Майкла Кейна — о том, как ему не везло, каким образом началась его «звездная» карьера и как в 71 год он получил роль в «Бэтмене».

Проходя через ад, не останавливайся



Взорви эти чертовы двери!

Эти слова принадлежат не мне. Кажется, их произнес Уинстон Черчилль — уж он‑то знал, как преодолеть трудные времена, и помог многим людям их пережить. Я бы удивился, узнав, что эта цитата принадлежит не Черчиллю.

В первые девять лет моей карьеры мне часто казалось, что я оказался в аду.

Такие моменты бывают в жизни каждого. Но я не останавливался, и вперед меня двигала ярость, страх, решимость и необходимость. Я больше ничего не умел делать хорошо. Я хотел стать актером и был готов преодолеть любые препятствия, чтобы стать им.

Даже когда я стал звездой, мне продолжало казаться, что уж этот фильм точно окажется для меня последним. И было много фильмов, которые могли бы положить конец моей карьере и отправить меня обратно в ад, не прояви я всякий раз решимость идти вперед, к следующему успешному проекту, который всегда подворачивался в нужный момент. Такими прорывами для меня стали «Ограбление по‑итальянски» (1969), «Убрать Картера» и «Сыщик» в начале 1970‑х, «Человек, который хотел быть королем» (1975), еще один фильм Джона Хьюстона, «Бегство к победе» (1981), «Ханна и ее сестры» (1986) — список можно продолжать.


Кадр из фильма «Правила виноделов». Источник

В 1990‑е я, можно сказать, вышел на пенсию. Точнее, решил, что кинобизнес пытается выдворить меня. Мне перевалило за шестьдесят, хорошие роли перестали предлагать, и я уж подумал, что моя карьера окончена, что пора открыть свой ресторан и написать мемуары. И я довольствовался бы рестораном и мемуарами (не так уж плохо на самом деле), но, к счастью, Джек Николсон уговорил меня продолжать играть, и как же я рад, что его послушался. Оказалось, лучшие свои роли я сыграл именно «на пенсии».

Любое препятствие можно обернуть в свою пользу

Вот это уже моя цитата — хотя если вы считаете иначе, не стесняйтесь сообщить мне об этом. Оказавшись в неблагоприятной ситуации, я всегда стараюсь обернуть трудности себе на благо, присмотреться повнимательнее и попытаться найти в обстоятельствах что‑то позитивное.

Джо Левин, президент Embassy Pictures и человек, чье фото в иллюстрированном словаре вполне могло бы находиться под заголовком «Американский кинопродюсер», — толстый коротышка с большой сигарой, — подписал со мной контракт на семь лет после того, как мне досталась главная роль в «Зулусах», рассчитывая, что я выбьюсь в настоящие звезды. Но ему не нравилась моя игра. Однажды он вызвал меня к себе в кабинет и сказал:

— Ты знаешь, как я люблю тебя, Майкл, но… — тут у меня подкосились коленки, — ты никогда не сможешь сыграть романтического героя, и ты нам не подходишь.

У меня помутнело в глазах. Я сконцентрировался на дыхании.

— Почему? — спросил я шепотом, готовый заплакать в любой момент.

— Потому что ты похож на гомика, — ответил Левин, попыхивая сигарой, — хоть я и знаю, что ты не такой.

В 1960‑е быть геем было непросто, даже если ты им не был и всего лишь «был похож». И Джо разорвал со мной контракт. Для меня это стало ужасным ударом.

Увидев черновые съемки «Досье Ипкресс», начальство киностудии пришло к тому же выводу и направило режиссеру Сидни Фьюри ноту, в которой говорилось: «Майкл Кейн носит очки, ходит в супермаркет и готовит. Он похож на гея». На самом деле начальство выразилось гораздо грубее, но я перефразировал. К счастью, Сид не обратил внимания на замечание. Более того, он использовал этот спорный момент нам во благо. Когда девушка (ее играла Сью Ллойд) спрашивает моего героя, всегда ли он носит очки (а мой герой Гарри Палмер — скромный шпион, отнюдь не супермен), тот отвечает: «Я снимаю их только в постели». Cью протягивает руку и снимает с меня очки. Сейчас киноведы считают этот момент одной из лучших сцен соблазнения в истории кино!


Кадр из фильма «Досье Ипкресс». Источник

После злосчастной встречи с Джо Левином я решил извлечь пользу из своего «гомосексуального» вида. Компания BBC («Би-би-си») приступила к съемкам телеспектакля «Гамлет в Эльсиноре», и мой агент Деннис, всегда стремившийся упрочить мою актерскую репутацию и подбирать для меня самые разнообразные роли, добился для меня роли Горацио (принца Гамлета сыграл Кристофер Пламмер). У меня не было классической театральной подготовки, я не был знаком с ямбическим пентаметром, но решил, что раз на киноэкране я кажусь человеком с двусмысленной сексуальностью, то почему бы не обернуть это себе на пользу, подчеркнув этот аспект персонажа Горацио?

А потом я навсегда распрощался с этой проблемой, сыграв Элфи — пожалуй, самого известного гетеросексуала-повесу в истории кинематографа.


Кадр из фильма «Элфи». Источник

Позднее я понял, что, поскольку в жизни меня долго преследовали неудачи, я и на экране никогда не смотрелся парнем, который всегда побеждает — в отличие от того же Питера О’Тула или, скажем, Чарльза Бронсона. Меня это не смутило: я решил, что это придает моей личности многогранность, и сделал образ неудачника частью своего обаяния. Я часто играл неудачников в кино, и за эти роли мне платили не меньше, чем за роли победителей.

На более позднем этапе своей карьеры я столкнулся с другой трудностью, не менее обидной. Однажды, когда мне было уже за сорок, мне прислали сценарий на рассмотрение. В то время у меня как раз было затишье в работе, но, прочитав сценарий, я в ужасе отправил его обратно: роль оказалась слишком незначительной для меня. Мой герой почти не появлялся на экране! Через несколько часов мне перезвонил продюсер.

«Майкл, вы неправильно нас поняли. Мы не предлагаем вам сыграть романтического героя-юношу. Мы думали пригласить вас на роль отца».

Я посмотрел в зеркало и снова ужаснулся, но уже по другой причине, и решил и эту трудность обернуть себе во благо. Стареющим актерам проще, чем актрисам. Все лучшие роли для актера моего типа — возрастные, и смирившись с тем, что я теперь «папочка», а не юный герой-любовник, я стал получать более интересные и запоминающиеся роли.

Даже в своем последнем фильме — я сыграл в нем, когда мне было восемьдесят три года, — я продолжал использовать возраст себе во благо, хотя тот мог бы стать препятствием. «Король воров» — фильм, основанный на реальной истории, — рассказывает о пяти пожилых мошенниках, совершивших крупное ограбление банка в «алмазном» районе Лондона в пасхальные выходные. Самому младшему — единственному из шайки, кого не арестовали, — было около шестидесяти пяти. Когда в суде четверку преступников спросили, почему те позволили ему сбежать с награбленным золотом, они ответили: «Он единственный смог поднять сумку». А трудность моя заключалась в том, что мне очень хотелось навестить в тюрьме реального прототипа моего героя, Брайана Ридера, — я хотел услышать его голос и выговор. Но полицейские мне не разрешили. Однако сценарист беседовал с дочерью Ридера о фильме и сказал, что ее отца сыграет Майкл Кейн. И что, вы думаете, она ответила? «Как здорово, что моего отца сыграет икона британского кино»? Ничего подобного! «Майкл Кейн? Он же кокни», — сказала она. Мало того что мне не дали встретиться с прототипом моего героя, его дочь оскорбила меня, свысока назвав простолюдином. Но я не упал духом. В фильме я умерил свой акцент, и все, даже американцы, поняли мою речь.

Когда я писал эту главу, я узнал, что еще один член банды Терри Перкинс — в фильме его играет Джим Бродбент — умер во сне. Накануне ему и другим грабителям сообщили, что, если те не вернут деньги, им увеличат срок. Терри Перкинс решил использовать это препятствие себе во благо. Но не пытайтесь повторить его поступок.

И еще один пример из недавних. В начале 2018 года я никак не мог найти время, чтобы взяться за эти мемуары. Меня часто отвлекала работа и дела семейные. Но однажды, работая в саду после сильного снегопада, я поскользнулся и сломал лодыжку. Боль была ужасной, и я несколько недель пролежал в кровати, а потом передвигался на инвалидном кресле. Это был настоящий ад, особенно для моей жены. Но и эту трудность я обернул в свою пользу: поскольку я не мог ничего делать и никуда выходить из дома, я сел и наконец взялся за написание этой книги.

Не так уж страшны неудачи

Многие фильмы, в которых я снялся с момента своего выхода на пенсию, провалились, несмотря на блестящий актерский состав и потрясающую режиссуру. Невозможно предугадать, станет ли фильм успешным. Но я никогда не сидел и не ждал, что великий режиссер пришлет мне идеальный сценарий. Я никогда не переставал работать. Мне не хотелось делать перерыв в пять лет между картинами. Представьте: я прихожу на съемочную площадку в понедельник утром, режиссер командует «Мотор!» — и я понимаю, что не играл пять лет.

За каждым моим удачным фильмом следовал неудачный, и этот паттерн повторялся снова и снова. Однако после неудачных лент я не терял веры в себя, и мое упорство всегда вознаграждалось. Я всегда успевал вовремя спасти свою карьеру. Фильм «Волхв» (1968) оказался полным провалом, но за ним последовало «Ограбление по‑итальянски». Я был спасен.


Кадр из фильма «Ограбление по-итальянски». Источник

Десять лет спустя я снялся в трех ужасных фильмах — «Рой», «Ашанти» и «Пленники „Посейдона“» (они оказались ужасными, несмотря на отличные отличные сценарии и актерский состав), но между этими провалами, подобно искоркам волшебной звездной пыли, мерцали «Калифорнийский отель» с Мэгги Смит (она получила «Оскар» за эту роль) и «Бритва» Брайана де Пальмы, где я сыграл убийцу-трансвестита, работающего психиатром. Спасибо тебе, Брайан де Пальма, ты спас мою задницу, надев на нее женские трусики.


Кадр из фильма «Бритва». Источник

1980‑е начались с участия в двух посредственных лентах: «Остров» и «Рука», но за ними последовали три успешных фильма: «Бегство к победе», «Смертельная ловушка» и «Воспитание Риты». Середина 1980‑х тоже напоминала американские горки: за провальными «Во всем виноват Рио» и «Завещание Холкрофта» последовали «Ханна и ее сестры», а за «Челюсти. Месть» — «Отпетые мошенники». В 1990‑х — «В смертельной зоне» и «Экспресс до Пекина» чуть не забили гвоздь в гроб моей карьеры, но тут подвернулся Джек Николсон, который принес мне сценарий фильма «Кровь и вино».


Кадр из фильма «Отпетые мошенники». Источник

А самый удивительный поворот случился в 2000‑е, когда я снялся в череде совершенно непримечательных фильмов — «Актеры», «Подержанные львы», «Приговор». Некоторые из них были настолько непримечательными, что я сам их уже не помню. Но вот в один прекрасный день, сонным воскресным утром, на моем пороге без приглашения возник молодой человек. В руках у него был сценарий.

— Майкл, здравствуйте, — заявил он и помахал сценарием у меня перед носом. — Простите, что беспокою в воскресенье, но не могли бы вы прочесть этот сценарий?

— Здравствуйте! — ответил я. — А вы, собственно, кто?

— Меня зовут Кристофер Нолан.

Я не знал Криса лично, но слышал о нем и смотрел «Помни» — удивительный фильм, который он снял за несколько лет до нашей встречи. Фильм мне очень понравился. Прежде я никогда не видел кино, которое начиналось бы с конца и заканчивалось началом.

— Заходите, Кристофер, — сказал я, обрадовавшись, потому что решил, что этот прекрасный молодой режиссер принес мне сценарий фильма, похожего на «Помни»: низкобюджетного, но с большим потенциалом. Я снял садовые перчатки, Шакира сделала кофе, мы сели и с изумлением выслушали предложение Криса, который рассказал о сценарии и о том, почему он хочет, чтобы именно я снялся в его фильме. Оказалось, речь не о съемках в небольшом интеллектуальном артхаусе. Крис готовился к постановке серии крупных голливудских блокбастеров: трилогии о Бэтмене.

— И какую роль вы приготовили мне? — спросил я. На секунду я представил себя Бэтменом, но быстро распрощался с этой идеей и подумал, что из меня получился бы неплохой злодей.

— Дворецкого, — ответил Крис.


Кадр из «Бэтмена». Источник

Скрыв разочарование, я улыбнулся.

— Дворецкого? И в чем заключается роль? Говорить «ужин подан»?

Крис улыбнулся в ответ.

— Альфред — не такой дворецкий. Бэтмен — сирота, а дворецкий ему как отец. Роль очень важная.

— Ясно. Оставьте сценарий, я прочту его и отвечу вам завтра.

— Нет, — ответил Крис (позднее я пойму, что это его фирменная манера общаться — тихая, но авторитарная). — Я бы хотел, чтобы вы прочли его сейчас. Я подожду, и вы сразу ответите, согласны или нет.

— О… Ну ладно, — ответил я, пошел в кабинет, сел и прочитал сценарий.

Стоит ли говорить, что тот мне очень понравился: роль Альфреда Пенниуорта была прекрасно прописана, придраться было не к чему. Выйдя из кабинета, я увидел, что Крис с Шакирой пьют кофе и разговаривают. Я согласился, мы обменялись рукопожатиями, Крис ушел и забрал с собой сценарий. Слава богу, что я не ушел из кино.

Слава богу, что приучил себя соглашаться на любую работу. Не будь этого, я едва ли получил бы роль в одной из величайших кинотрилогий в семьдесят один год.

А значит, вряд ли мне тогда выпал бы шанс в течение десяти лет работать с одним из самых замечательных режиссеров современности.

По материалам книги «Взорви эти чертовы двери!»

Обложка: источник

Рубрика
Творчество

Похожие статьи